вторник, 21 января 2014 г.

ВАНЕЧКА


В.М.Шмелева
«Дивны дела Твоя, Господи»
«Да святится Имя Твое, во всех делах Твоих».

Ванечка родился 27 октября 1978 года в г. Москве.
Все 12 лет его жизни страх за сыночка не оставлял меня. Когда он был совсем маленьким, муж брал его на руки, долго носил, а я боялась. Отрешенный от окружающего мира, он часто подняв глаза, смотрел вверх. И на наши частые вопросы, что он там видит, отвечал: «Маму». Его взгляд был отмечен скорбью, бровки поднимались домиком. В то время, как я удалялась от него, возникала настоящая опасность для жизни мальчика. То начинает тонуть в пруду, куда его сталкивает товарищ, и папа спасает в последний момент. А я в это время, будучи дома в Москве, исходила слезами и смертной тоской. То в другой раз  – в мое отсутствие на несколько часов – тяжелую крышку от колодца мальчик уронил Ванечке на ногу так, что она вся посинела.
Мальчик рос очень любознательным и доброжелательным. «Взрослый» ум моего сына проявлялся во всем: в умении организовывать детей, когда он мог интересно и увлекательно им что-то рассказывать, в умении продумывать игры, с юмором о чем-то говорить. Он глубоко интересовался природой всех вещей.
Господь наградил его многими талантами. Он хорошо пел, исполнял главную роль в постановке школы музыкально-театрального искусства. А в музыкальной школе, по классу скрипки, учился отлично. Самостоятельно, на слух, в это же время освоил игру на флейте. А, по словам педагога, подавал большие надежды. Рисовал и лепил, не уступая в свои 10-12 лет отцу скульптору, иногда в чем-то превосходил его. В рисунке хорошо чувствовал композицию.

Дома мой сын постоянно «звучал»: пел, играл на скрипке, лепил очень много – фантанировал в творчестве. Отличительной чертой характера Ванечки было умение долго беседовать со старушками на лавочке во время прогулки и наряду с этим в песочнице играть со всем маленькими детьми. Если приходили к нам домой, всех сажал, "обуючивал" своими рассказами. Всем было очень хорошо с ним. Даже грубая дворничиха, когда он выходил гулять с папой, умиленно вопила басом: «Это ктой-то к нам пришел?! Это Ванечка пришел! Иван-Царевич».
Он очень любил животных. И, по возможности, всех хотел поселить дома в коридоре на подушке. Как не придешь – то кошка, то собака, то хомяк. А один раз спросил: «Мама, а есть бездомные машинки?», – в окно показал на машину без колес, и ее тоже хотел «усыновить».
Любвеобильный и мягкий характер Ванечки, однако, не мешал заступаться за слабых, особенно за девочек. За что нередко попадало самому. Мальчик никогда не жаловался на обидчиков, только придя из школы мог сказать: «Я хожу в школу не учиться, а защищаться». Часто лепил из пластилина богатырей и рыцарей, которые разили врагов, а на мой вопрос, почему он так яростно их бьет, отвечал: «Это не люди – это «черные». Во многих ситуациях проявлялся его воинский дух защитника. Когда мой ребенок не побоялся даже противостоять взрослому распущенному уроду, который издевался и пытался применить к нему физическую силу – дал ему достойный отпор.
Однажды Ванечке в школе ударом повредили почки, что привело к болезни. На беду, к тому же, ему сделали еще и прививку (без ведома и согласия на то родителей), как и всем одноклассникам, и вскоре я услышала тот врачей диагноз – гламерулонифрит – тяжелое заболевание почек. Намного позднее я узнала, что и в других школах после проведения прививок были случаи заболевания детей такой болезнью.
Ванечка болел ровно год, а врачи ничем не могли ему помочь. Ему было всего-то 12 лет от роду, а Господь уже взял его к себе.
После события 1990 года, когда Господь взял у нас сына, 19 ноября в день преподобного Варлаама Хутынского, вся наша творческая и личная жизнь – его родителей Веры и Дмитрия – живописца и скульптора, членов Московского союза художников, приобрела другую направленность и смысл. Наполнилась множеством духовных знаков и символов. Господь Бог показал нам, как близок духовный мир ангелов и святых человеку скорбящему и страдающему.
Все наши творческие успехи, Московские и международные выставки, потеряли для нас смысл.
Ванечку отпевали в храме на 3-й день, как раз в праздник Собора Архангела Михаила – 21 ноября. Я ощутила, что с уходом сына закончилась и моя собственная жизнь. Во время отпевания внутри меня или где-то рядом прозвучал легкий, хрустальный голос: «Его воины забрали», – только потом стало понятным, о чем он мог говорить.
Псалтырь над Ванечкой читала Тамара в храме святителя Николая на Рогожском кладбище в Москве с вечера и до 4 часов ночи. Она всплеснула руками, когда увидела его в гробу, и воскликнула: «Ой, какой мальчик!» перед отпеванием его лицо изображало удивление, он как бы извинялся за причинение горя всем нам, а после отпевания, необыкновенный покой, тишина и величественность изобразились на его лице и щечки были розовые.
И только намного позже, вспомнилось в душе событие, когда мой сыночек гостил у моей мамы на даче и катался на велосипеде (просто виртуозно, он был очень спортивный мальчик, подтягивался  на перекладине 25 раз), то заехал в гости к одной бабушке соседке, и та ему рассказала, что снился ей сон, как видит она своего сына, который умер еще в детстве, одетым во все беленькое и в чистом домике, и он ее спрашивает: «Мама, почему ты так долго ко мне не приходишь, что я уже устал тебя ждать, но я всегда жду тебя». А мне эта бабушка тоже самое рассказала намного раньше. Так что ждут наши дети в том мире нас до конца, а мы очень молим Бога, чтобы он не разлучил нас в вечности. Они-то не вернутся, но мы к ним придем.
В период жизни до 40 дней Ванечки у меня было четкое ощущение в духе, что мне «поменяли» голову и Господь открывал мне Свои Истины, а прежнее мирское понимание и всякое неправильное понятие о вере ушло. Все прояснилось и ненужное отпало, оторвалось как сухой лист вместе с моими прежними мирскими друзьями и некоторыми родственниками. Господь через нашу крестную Людмилу показал нам множество приходов и добрых пастырей, где все нам в удивление и утешение говорили одно и тоже о Ванечке, о нашей вере. Тогда открылось нам много православных истин.
Чтения Житий Святых, творений Святых Отцев, толкование Св. Писания и Св. Придания все больше утверждало нас в вере. В храм ходили как на работу, не пропуская воскресных и праздников, даже если не было сил.
Было трудно, очень болела спина, кровь из носа и сильные головные боли. Но я была уверена, что я как при жизни сына все время была с ним и все для него делала, так и после его ухода, я должна делать для него, что положено по своим возможностям. Каждое посещение храма – встреча с Богом и сыном. Я было твердо в этом уверена, и пропуск службы казался предательством. Постепенно, начиная с ощущения, что все внутри меня рвется как бумага, а потом потребность в исповеди и причащении. Прибегая к этому часто,  я чувствовала тишину в душе, но вскоре боль душевная и телесная опять наваливалась на меня. Я усиленно искала ответы на мучающие меня вопросы и находила их в творениях Св. Отцев. И надежда, пусть на не очень скорую встречу с Ванечкой, утешала меня. Пусть в далеком будущем, но только бы быть достойной.
Как терпеливо и милостиво выслушивали мои исповеди пастыри, данные мне в те годы. Как трудно было все вспомнить и понять. Но уверенность в том, что нет непрощенных грехов, кроме не исповеданных, помогала мне в этом. В это же время по благословению  и наставлению прекрасных пастырей: игумена Порфирия, игумена Иринарха и протоиерея Вячеслава-иконописца, имеющего очень тонкий вкус художника, я стала писать иконы.
В одном из храмов в центре Москвы я познакомилась с будущей духовной сестрой Натальей. Пораженная моим горем, она неожиданно сказала: «Его взял Архангел Михаил». Меня удивила ее уверенность и спокойствие. В это время она по благословению духовника искала художника для написания иконы «Собор Архистратига Михаила». Я согласилась написать, позднее сюда же я сделала еще две большие иконы: святых преподобных Иринарха Ростовского и Иоанна Рыльского, день памяти последнего является днем ангела Ванечки. Кроме того, в этот день 1 ноября празднуется память и святого муч. Уара и блаж. Клеопатры с сыном ее Иоанном, который, как следует по житию этих святых, был взят в воинство Архистратига Михаила. Все это утешало меня в то тяжкое время. Закончив работу над иконами, мы с мужем привезли их в храм, где нас должны были встретить, но по какой-то неведомой причине священника не оказалось, что огорчило нас. Вернувшись домой, я как-то в духе почувствовала желание написать образ Архистратига Михаила, но для дома, только небольшой, и сделала это. Через несколько дней настоятель храма позвонил мне и я услышала: «Вера Михайловна, Вы, наверное, обиделись, что люди не встретили Вас, но зато, знайте, Вас встретил сам Архангел Михаил». От этих слов, как не удивительно на душе стало тепло и радостно. Я опять со страхом почувствовала какую-то необъяснимую связь с вышним миром. Вспомнилось, как еще до 40 дня, мои духовные наставники Наталья и Вера рассказали мне, что когда ехали в троллейбусе по Москве обе одновременно услышали где-то рядом слова: «Художники недавно похоронили своего сына Ивана, а его взял к себе АрхистратигМихаил». Это событие им было известно, они оглянулись в почти пустом транспорте, но как же удивились, что никого не увидели, да и выйти никто не успел бы, а мне стало странно, что это происходит в моей жизни.
По милости Божьей произошло еще одно замечательное событие. Вскоре после ухода Ванечки, мы привезли к себе из деревни погостить 10-летнюю его двоюродную сестру – Лерочку. Взяли ее на вечерние Богослужение в Новоспасский монастырь на праздник Успения Пресвятой Богородицы 27 августа. На следующий день утром перед храмом девочка рассказала, что видела во сне, как стоит в храме, описав по обе стороны стоящих святых, канонически верно или близко к этому, но в храме вчера она была впервые и не могла знать этих вещей, чем вызвала большое внимание и наш интерес. «Я увидела», - сказала девочка далее, «как спустилась Пресвятая Богородица, а справа и слева были мальчики в белых одеждах, с голубыми лентами и с копьями в руках, в одном из них я узнала Ванечку, он смотрел на нас. Потом она увидела старца в зеленом облачении  (цвет одежды преподобных) и немного исказила имя старца, но все поняли, что речь идет о преп. Иринархе Ростовском, который объявил, что в Подмосковье скоро будут восстановлены три Богородичных храма. В недалеком будущем все это можно было отнести к нам . В это время я в Москве писала образа во многие храмы, и тогда же мы ездили в храм Архистратига Михаила, где пели на клиросе, и не думали, что будем восстанавливать Успенский храм в селе на родине мужа. Регент храма профессор Устинов доктор мед. наук как-то продиагностировал нас, сказал, что здоровье наше сильно ослаблено, и взять бы вам на себя какую-нибудь сверхзадачу, допустим, восстановить храм, чтобы поправиться. Его слова тогда показались мне шуткой. И вскоре я забыла об этом. Но события, удивительно, промыслом Божиим, явно каким-то чудесным образом, двигались к храму Успения Божьей Матери. Конечно, с благословением наших московских пастырей и благочинного местной епархии, который был в 1999 году, мы начали восстановление, а рядом с нами начали возрождаться и восстановились еще два Богородичных храма.
В нашем селе народ отнесся к восстановлению с недоверием.  Может ли возродиться разрушенный храм, где остались только стены? Но мы с такой сильной помощью Божией и надеждой не отчаивались, стали действовать с какой-то вдохновенной силой, не останавливаясь, не унывая. И самое чудесное в деле восстановления, что храм подвязались строить не бабушки сбором денег или равнодушные рабочие, а молодые ребята по молитвам Ванечки, возраст которого, если бы он был на земле, как раз соответствовал бы их возрасту. К 2008 году сыну было бы 30 лет. К этому времени храм почти завершен.
 Многие из ребят, учувствовавшие в работе над храмом, пришли к Богу и утвердились в вере, и я очень надеюсь, что они станут духовным воинством на земле. В настоящее время храм действует. А мы, по особому смотрению Божиему, не стали прихожанами этого храма, о чем  мечтали – послужить пением и продолжить живописные работы, а ездим в другое село в храм Архистратига Михаила, как и прежде нашего защитника и утешителя. Молимся  и поем здесь на клиросе, и рады, что мы еще очень нужны.
Наш Господь через Своих служителей все время вразумлял и утешал нас.     
Теперь же, особенно матери похоронившие и пережившие своих детей, которых мы встретили в своей жизни, пришли к Богу, ранее будучи неверующими, а теперь принесшими обильные плоды покаяния: в восстановлении храмов и в молитве. Всех этих женщин можно назвать по именам, их много. И каждая из них думала, что только одна перенесла такое горе, с которым нельзя жить. Господь каждой из нас, всеми событиями и делами в нашей жизни, объяснил, что такая потеря нам не за что-то, а для чего-то нужна. Все для нашего спасения, т.к. мы здесь на земле на мгновение, а там главное, в вечности, чтобы мы не разлучались со своими детьми и другими дорогими нам усопшими. И радости нашей никто не отнял бы у нас. И творит с нами Господь: «великая же и неисследованная, славная же и ужасная», не понятное нам сейчас, но главное все для нашего общего с нашими детьми и близкими, со всеми, кого мы любим, и кто нас любит, спасения в Вечной жизни с Господом.
 «Иконы»
Вследствие обращения нашего к Господу и Церкви, я стала писать множество икон в храмы, на заказ, реставрировать старые, когда они различными путями приходили к нам. Муж мой не только медальер и скульптор, но и реставратор первой категории. Мы не искали, что и где написать, но Сам Господь приводил людей с такими просьбами.
Я привыкла к монументальной живописи, которой занималась раньше, и иконы вначале писались больших размеров, одна из них «Собор Архангела Михаила». Был очень знаменательный и чудесный случай. В Болгарском подворье» подошел к нам один болгарин – Иван Стоянов, и спросил, где можно было бы заказать икону преподобного Иоанна Рыльского. После службы мы стояли с крестной Людмилой, и она ответила: «Так вот художник, она и напишет, этот святой – покровитель ее сына». Я согласилась. Очень скоро болгарин привез две доски, та что побольше для образа  преподобного Иоанна Рыльского, а на меньшей, может быть, но не точно, мученика Киприана.
В то время я любовалась и изучала древние и современные образцы болгарской иконы. Отец Вячеслав давал мне смотреть редкие книги по иконописи. В душе у меня родилось настойчивое желание написать апостола Иоанна Богослова. И как-то очень вдохновенно и довольно быстро на меньшей доске я написала его образ.
Вот позвонил Иван и спросил, как идет работа по написанию образа преподобного Иоанна Рыльского? Я ответила, что никак, а на другой доске я написала апостола Иоанна Богослова. Заказчик  очень рассердился и закричал, что зачем я это сделала и, что доска была предназначена для кого-то может быть другого, он бросил телефонную трубку. Далее произошло откровенное чудо. Через неделю звонит наш заказчик снова и благоговейнейшим голосом, извиняясь за прошлый разгон, очень хочет приехать за иконой, т.к. именно этот святой ему особенно нужен в ближайшее время.
Эти две заказанные иконы должны были благотвориться Иваном в Троицкий храм на Мосфильмовской улице в Москве, где тогда должен был освящаться левый предел в честь апостола Иоанна Богослова, а иконы этого святого там не было.
Когда болгарин приехал, икона ему понравилась. Он объяснил, что не знал, как она нужна в этом храме. К нашему удивлению, следующее сообщение вообще могло ошеломить любого: в ближайшее время, т.к. Иван не имел постоянной работы, по молитвам апостола Иоанна Богослова, он был назначен директором православной гимназии апостола Иоанна Богослова, где он познакомился еще и со своей будущей супругой. Жизнь удавалась на глазах.
Этот ряд помощей апостола не закончился. В те времена  Иван со своими гимназистами стал ездить с этой иконой  по святым местам. В одной из поездок, по его рассказам, он стоял как-то на берегу р. Волги и наблюдал проплывающий пароход, и воскликнул, обращаясь к святому: «Святый апостоле Иоанне Богослове, вот бы нашей школе такой пароход, мы бы все Золотое кольцо объездили». И, что бы вы думали? Помощь не заставила себя долго ждать. Кто-то из приезжих в гимназию предложил в дар школе списанный пароход в хорошем состоянии.
Но это же чудо!
Еще одно знаменательное событие с другой иконой, написанной в период девяностых годов. Мы с мужем и двумя нашими духовными сестрами Наташей и Верой ездили в паломническую поездку в Дивеево именно в то время, когда прибыли туда мощи преподобного Серафима, и по случаю, мы познакомились с игуменом одного из Волгоградских монастырей, который попросил написать икону  преподобного Серафима для его монастыря. Я взялась писать.
В то время, когда приехали за иконой от заказчика, я ее еще не закончила, т.к. решила написать ее с житием, и на это понадобилось больше времени.  А когда я ее написала, и ждала позже, они почему-то не смогли приехать.
 Икона осталась у меня дома. Как-то раз, примерно через месяц, ожидания, пришел к нам один верующий человек с целью приобрести у меня предмет прикладного искусства, который я ранее сделала для выставки. Авторский костюм – как произведение искусства. Он очень хотел приобрести его для себя или для своих, но размер не подошел. Взгляд остановился на икону преподобного Серафима Саровского. «Можно ли это купить?» - спросил он. И приобрёл.
Теперь Игорь, так звали приобретшего эту икону, рассказал мне, что вечером ему звонит друг, с которым они часто ездили по святым местам, и зовёт его в паломничество в Иоанно-Богословский монастырь. И вот они подъезжают к этому монастырю, подходят к открытым воротам и им на встречу идёт монах. Игорь спрашивает у него, «Где найти старца Луку?», а он отвечает: «Я Лука, но только не старец». Этот монах писал иконы в этом монастыре.
Я обращаюсь в своём описании к тому времени, когда икона ещё стояла у меня дома. Моя духовная сестра Лариса – регент детского хора знаменного пения, она часто выступает со своими девочками по радио, попросила меня дать ей на время поездки в Иоанно-Богословский монастырь с детьми мою икону преподобного Серафима. Я дала. Там, в монастыре, она знакомится с иконописцем-монахом Лукой, который попросил эту икону для монастыря, но пока денег у него совсем не было, и Лариса обещала спросить у меня, а я потом обещала подумать об этом. Тут появился Игорь со своей просьбой приобрести икону, и я рассказала ему, что в Иоанно-Богословском монастыре есть монах Лука, который хотел бы её приобрести. Но я решила отдать её Игорю.
Теперь возвращаюсь к тому месту, где Игорь подъехал к воротам монастыря и сразу увидел и заговорил с отцом Лукой. Вдруг Игорь сказал: «Хочу благотворить Вам эту икону». На что отец Лука ответил, что знает её и с благодарностью взял, чтобы поместить туда, куда он сам знает. Меня всё это необыкновенно удивило и обрадовало. Сам преподобного Серафим определил для себя, где ему пребывать со своей иконой.
Много ещё разных чудесных явлений и совпадений было в моей жизни, и всё это для меня удивительный промысел Божий, который вёл меня по жизни.
Слава Богу за всё!

Комментариев нет:

Отправить комментарий