понедельник, 13 апреля 2015 г.

На Светлую Пасху Христову. Б. Алексеев


Остров Залит

Залит светом  остров Залит,
Всюду солнца кутерьма.
На могилке Николая,
Как от барского стола,

Кормится пичужек стая
Крошками пасхальных блюд.
Улетают, прилетают
И клюют, клюют, клюют!

Как бы мне хотелось тоже
Полететь в заветный край,
Где лежит на ветхом ложе
Свят Гурьянов Николай.

Постоять перед могилкой,
Опершись на посох лет,
И "чуть-чуть коснуться" лика,
Причащаясь  птицам вслед...

     * * *

В  Псковском озере Пасхальном
Лодочник торгует мзду:
- Вам куда?
- На остров Залит.
- На могилу Николая?
- Да.
- Бесплатно отвезу!

 


Из цикла Лавра русича Александра


Сражение

Александра святая обитель,
Наихудшему не откажи!
Огласи меня чёрствого, сытого,
Чую, скоро помру, как и жил...

                      * * *

На тропинку к обители Божьей
С неба льётся малиновый звон.
Деловито под арку сторожью
Входит в бронежилетах ОМОН.

Я гляжу на вояк-пилигримов,
А в кармане дрожит кошелёк.
То ли звон растревожил малиновый
Мой натруженный евро-паёк,

То ли совесть очнулась от спячки,
Видно, с неба живая вода
На военные пала порядки,
Зацепив и мои рамена...

Оглашенный неведомой новью,
Подхватив чей-то старенький меч,
Я с ОМОНом сквозь башню сторожью
Поспешил на духовную сечь.

Мои евро, как черти от ладана,
Разбегались, шипя, кто куда,
А вот совесть, почувствовав ладное,
Как невеста, была весела!

Ох, пришлось потрудиться на славу,
Враг в бою оказался силён.
"С нами Божий храбрец Александре!" -
Троекратно глаголил ОМОН.

Мы "рубились" плечисто и слаженно,
Русской цепью, равняясь на фланг,
Припадая к мощам Александра
В полумраке Соборных палат...

                        * * *

После боя, на паперти Лавры
Отрясая житейский позор,
Я обнял моих ратных товарищей,
Уходящих на Невский дозор.





Святая Александрия

АлександрИя
                   русича Александра,
Обитель трудов и достоинств пред Богом.
Звонница Твоя, как седая Кассандра,
О Трое не павшей глаголет с облака:

Красно-кирпичные заросли зданий,
Площадь с зубцами гранитных надгробий
И трепет сходящихся мирозданий
В шелестах крыл голубей и убогих...

                            * * *

Первые числа декабрьских морозов.
Я на "Сапсане" ворвался  в Питер,
В серое, вмешанное в закатно-розовое,
Промозглое чрево Балтийского Сити.

Ах, ленинградские стАрицы - стАрчики,
С глазами глубокими, благожелательными.
Каждый, как сердца открытый ларчик,
Глядит в тебя перед смертью 
                                                   внимательно...

                            * * *

День пролетел, как по Невскому - ветер!
Лавра, прощайте,
             вечерний "Сапсан"
Мчится в Московское южное метео
Квадригою с  Аничкова моста!



Крест Иоанов над Moscow-Сити

Одиннадцать метров помножив на тысячу,
Лечу над крестом Иоанна Великого.
Розгами б древнего зодчего высечь:
Лествица Божия так невелика!

Зодчий, ступайте на мост Бородинский,
И ужаснитесь, увидев "M-Сити",
В век двадцать первый в Русской Столице
Бесы построили новый «Египет».

Башенный кран упирается в облако
И поднимает бесОв безобразие
Выше Кремля и Царёва колокола,
Этаж к этажу, как картонные пазлы!

Над московитом могильные вешенки,
Безумные формы обоего пола
Сплетаются в груду каркасов-вешалок,
В железобетонный вирус Эбола...

                         * * *

Встал тогда Иоаннов зодчий,
Вычертил что-то над Сити.
Следом
В небо два черноризца-рабочих
Крест внесли
                        как знамя Победы!

Дрогнули башни!
                Крест спасительный
Гнездовье языческое растревожил.
Попадали бесы из окон Сити
На белый снег под хохот прохожих!

                         * * *

Древний зодчий, мастер Господень,
Бранное слово моё простите!
Тогда в самолёте над колокольней
Лукавый попутал меня крамолой,
Сверкнув пенсне из "Moscow-Сити"...




Размышления на страстной четверг

Попробуем вдуматься в чудо,
Промерить «на вес» чудеса.
Когда нам приходится худо,
Высматривать ЧТО в небесах?

Как часто мы ищем в чудесном
Лишь то, что нам хочется знать,
Сопутствуя правилам места
И времени, чтобы принять

Неведомые величины.
А после лукавой рукой
Их резать и снова строчить, их
Под свой подгоняя покрой.

Мы каждый – и плут, и романтик.
Нам хочется жить - не тужить.
Нам хочется розовый бантик
Крылатый к спине приложить.

Мы любим воскресшего Бога,
Сверяя наш будущий путь
Не с вехами скорбной дороги,
А с радостным криком «летю!»


Нет, чудо - не в Воскресении!
Бог может воскреснуть всегда.
Чудесное в том, что
(как гениев
профаны сжигают в кострах)

Господь в унижении вящем
Распял себя в ризе раба.
А мог бы десницей разящей
Мучителей бросить к Ногам!

Мы ищем желанное чудо,
Подбросив вязаночку дров
В костёр, потому что... людно
Сегодня на площади Сов.



В храме Богородицы Перивлепты


Приземистая, неба концентрат,
Соцветие из охридских магнолий,
Святая Перивлепта, дивный сад
Земных пигментов и небесной воли.

Угодников блистающий черёд,
Словес нектары, вправленные в стену,
Дух ортодокса и канона свод
Всё пред тобой, последователь веры.

Не пропусти незримый сердца стук,
Духовному сопутствуя утробой.
И помни, послесловье рук -
К тебе обращены из гроба.

Святейшей Богородицы черёд,
Вне времени, вне логики, как лепта.
Я совершаю к Охриду восход                         
По бездорожью русской Перивлепты. 

                         * * *

Пасхальные вирши!
Испанская Пасха

Далеко от России тепло и светло, как в раю.
Далеко от России тенистая зреет лоза.
Отчего же на Пасху по русскому календарю
Я подолгу гляжу на восток, и слезятся глаза?..

Нынче праздник! Мальчишка-звонарь, засучив кулачок,
Бьётся в привязях гулких, задиристых колоколов,
И старушка старушке в морщинку кладёт пятачок,
И толпится народ  у весёлых пасхальных столов.

Кто сказал, что в России беда, окаянные дни,
Что российскому Богу назначено не уцелеть,
Кто сказал, что Россию  подёнщики-поводыри,
Привязали к коням и в калмыцкую вывели степь?

Нет, звенит московитая трель даже здесь за бугром,
И колышится рябь горизонта под стать звонарю.
И встают ортодоксы  и крестятся на горизонт
За пасхальным столом по российскому календарю!

Мои мысли летят вереницею временных лет
Над дорогами детства, где вязнут в грязи верстовой
И весёлые ангелы будущих русских побед
И печальные ангелы русской судьбы роковой.


Погружение в Иордан


В зелёных водах Иордана,
Вдали от пройденной дороги,
В простой рубашке белотканной
Стою и думаю о Боге.

К водАм стекаются народы
Крещёных некогда мирян,
И тысячами входят ноги
В тысячелетний Иордан.

Там сом не пуганный гуляет
И множит не кошерный вид.
Там ластится Христова Тайна
К ногам сквозь тысячи обид...

Меня окликнул чей-то голос,
Я обернулся, выходя.
Какой-то старичок убогий
Вослед с обочины дороги

Крестил двуперстием меня.


Виа де ла - Роса

Паломник вдоль медины пряной идёт по Виа де ла-Роса
И крест нательный, покаянный дорогой горькою проносит.
Грошовый крестик давит к плитам, цепа перетирает кожу,
А луч полуденного солнца подобен острому ножу.

Вдруг видит горестный паломник черпак воды перед собою
И слышит голос незнакомый в проулках улицы пустой:
«Прими прохладу, добрый путник, и жар сердца остуди водою,
Купи желанное в медине и с миром возвратись домой."

В тот час по Виа проходило иное скорбное собранье.
Несли кресты, шептались жИды, бранились воины Пилата.
Народа в общем-то немного, но был Один из них заметен.
Он часто падал и дорога вслед пенилась рубцами плети…

                                    * * *

Простившись с Виа де ла-Роса, паломник улетел в Россию.
Десятки памятных наборов, иконы, ладан, злато, смирну
Привёз он из Иерусалима, купив на шекели и зелень
В проулках солнечной медины у бойкой ряженой артели.

P.S.
Прошёл ли горестный паломник
Четырнадцать святейших станций?
Как знать.
В тот день по де ла-Роса
Бродило много иностранцев…


На Гробе Господнем

Моя любимая женщина
Сейчас, когда я дышу,
Паломницей, в Боге венчаной,
Припала к Стопе Иешу.

На Гробе Господнем Израиля,
(нет, не Израилев час!),
В записочках русских памятных
Она перечислила нас.

Деток вписала «За здравие»,
Матушку – «За упокой»,
В тысячелетнем славии
Выбран порядок такой.

Паломница ненаглядная!
Сложи у Стопы Христа
Скорби мои неладные,
Не вычитатанные с листа.

Я же в Московии зимней,
Покуда горит свеча,
Буду тебя в Россию
Вымаливать по ночам.

Комментариев нет:

Отправить комментарий